Волжский священник рассказал, как стал дедом

Мне тридцать восемь лет. До сих пор помню день, когда мне исполнилось восемнадцать. Тогда казалось, что всё, время уходит: в тридцать — это почти пенсия, а в тридцать пять — уже наблюдаешь за жизнью других с балкона. Сейчас я возвращаюсь домой. Уже темно, фонари светят жёлтым, кое-где блестят лужи. На каждой скамейке сидят молодые люди лет восемнадцати-двадцати. Они спорят громко и страстно, с такой уверенностью, будто от их разговора зависит судьба мира. Возможно, обсуждают смысл жизни или кто …